Кир Булычев Город без памяти icon

Кир Булычев Город без памяти




НазваниеКир Булычев Город без памяти
страница12/20
Дата конвертации18.01.2013
Размер2.59 Mb.
ТипДокументы
источник
1   ...   8   9   10   11   12   13   14   15   ...   20
1. /Кир Булычев/Агент КФ.doc
2. /Кир Булычев/Алиса и крестоносцы.doc
3. /Кир Булычев/Алиса и чудовище.doc
4. /Кир Булычев/Война с лилипутами.doc
5. /Кир Булычев/Город без памяти.doc
6. /Кир Булычев/День рождения Алисы.doc
7. /Кир Булычев/Дети динозавров.doc
8. /Кир Булычев/Драконозавр.doc
9. /Кир Булычев/Конец Атлантиды.doc
10. /Кир Булычев/Любимец.doc
11. /Кир Булычев/На полпути с обрыва.doc
12. /Кир Булычев/Операция _Гадюка_.doc
13. /Кир Булычев/Покушение на Тесея.doc
14. /Кир Булычев/Привидений не бывает.doc
15. /Кир Булычев/Принцы в башне.doc
16. /Кир Булычев/Путешествие Алисы.doc
17. /Кир Булычев/Сто лет тому вперед.doc
Кир Булычев Агент кф
Кир Булычев Алиса и крестоносцы
Кир Булычев Алиса и чудовище
Кир Булычев Война с лилипутами
Кир Булычев Город без памяти
Кир Булычев День рождения Алисы
Кир Булычев Дети динозавров
Кир Булычев Драконозавр
Кир Булычев Конец Атлантиды
Кир Булычев Любимец
Кир Булычев На полпути с обрыва
Кир Булычев Операция «Гадюка»
Кир Булычев Покушение на Тесея
Кир Булычев Привидений не бывает
Кир Булычев Принцы в башне
Кир Булычев Путешествие Алисы
Кир Булычев Сто лет тому вперед


— Славно мы с ними расправились, — сказал Правый Крот.


— Позволю не согласиться с великими воинами, — послышался голос Вери-Мери.


— Что ещё? — спросил Правый Крот. Он спрыгнул на землю и старался стащить с пальцев Червяка драгоценные перстни.


— Повелитель будет гневаться и может вас казнить, — сказал Вери-Мери.


— Чепуха! Мы воины и поразили его в честном бою. Мы не устраивали засад.


— Как вы это докажете? — сказал печально Вери-Мери.


— Тогда заплати за нас.


— Всех моих денег и всех ваших рабов не хватит, чтобы искупить эту смерть.


— Тогда мы едем обратно, — сказал Левый Крот.


— Червяки уже добежали до дворца, — сказал Вери-Мери. — Скоро за вами будет погоня. И вам от неё не уйти.


— Мы не боимся, — сказал тогда Правый Крот. — Мы мирные бароны. Мы пойдём к Повелителю и все расскажем.


— Нужно будет сделать очень необыкновенные подарки, — сказал Вери-Мери, — чтобы замолить ваш грех. Единственная надежда на то, что Повелителю нужны сегодня храбрые воины.


— А что мы ему дадим? — спросил Левый Крот. — Белую Даму?


— Не дам! — закричал Правый Крот.


— Когда её у нас отнимут, мудрецы её получат бесплатно, — возразил его брат.


— Разумно, — поддержал старшего близнеца Вери-Мери, — но одной Белой Дамы мало.


— У нас больше ничего нет, кроме пигмеев, — сказал Правый Крот.


— А эта акробатка? — спросил Вери-Мери. — Из-за неё толстый Червяк и напал на вас.


— Ни в коем случае! — воскликнул Правый Крот. — Ты нас хочешь разорить.


— У вас ещё останутся пигмеи, это тоже хорошие деньги, — сказал Вери-Мери.


— Хорошо, — принял решение Левый Крот. — Сук, гони рабов на невольничий рынок. Девчонку берём во дворец.


Он ловко наклонился и, подхватив Алису, посадил перед собой на спину единорога.


Алиса кинула последний взгляд на Ирию.


— Вперёд! — крикнул Левый Крот. — Мы должны успеть во дворец как можно скорее. С каждой минутой гнев Радикулита будет расти.


— Я прослежу за невольниками! — крикнул вслед Вери-Мери.


Алиса обернулась, — Ирия осталась далеко позади.


«Ничего, — подумала Алиса. — Ирия в безопасности. О ней позаботится Ручеёк. А я попаду во дворец и, может, узнаю что-нибудь важное о походе и потом расскажу Ручейку».


Там, где тянулись деревянные причалы и стояли покосившиеся сараи, когда-то был речной порт. И можно было угадать, каким он был: ряды складов, от которых теперь остались лишь огрызки стен, подъездные пути для монорельсовых повозок и грузовиков, посадочные площадки для трейлеров… Когда этот порт в одночасье обезлюдел, он быстро пришёл в упадок. Потом окрестные жители забрались в склады и растащили оттуда то, что могло представлять ценность в хозяйстве, но рельсы остались на месте — портальные краны, рухнув со временем, перегородили подъездные пути, как скелеты вымерших чудовищ. Лишь один каким-то чудом остался стоять, склонив набок острую морду. То, что было слишком тяжело или не пригодилось людям, так и продолжало валяться, ржаветь, гнить, пылиться. И потому некогда широкая улица, что вела от причалов вверх, к Городу, вынуждена была виться, огибая груды камней и бетона, проржавевшие бухты кабелей, рассыпавшиеся стопы стальных отливок, пустые контейнеры; на мостовой возвышались холмы и холмики, и теперь уж не угадать было, из чего такой холм возник, — то ли это была когда-то гора удобрений, высыпавшихся из мешков, то ли железная руда, то ли окаменевшая соль. Есть миллионы вещей и продуктов, без которых не обойтись цивилизованному обществу и которые не понятны, не нужны и даже вредны для первобытных людей. Среди этого запустения лениво бродили мелкие куры, вороны расклевывали чудом уцелевший пластиковый мешок. Из погнутой и пробитой в нескольких местах цистерны, на которой ещё можно было угадать надпись «Ацетилен», выглядывала тощая собака, нищие и калеки сидели в ряд под выложенной цветными плитками в стене буквами «Холо..льник N 67», протягивали худые руки и бормотали:


— Подайте славным рыцарям, умирающим от голода!


Выше по склону склады кончились, и потянулись оплетённые лианами и диким виноградом, невероятные по размерам руины какого-то учреждения, передняя стена которого с дырками выбитых окон поднималась этажей на двадцать, а сквозь оконные проёмы было видно небо и остатки гнутой арматуры. Дальше когда-то был район вилл и домов, которые прятались в садах. От садов остались редкие одичавшие деревья. Аллея высохших пальм вела к изысканным, вырезанным из розового камня воротам, от которых сохранилась лишь одна створка. Стены некоторых вилл стояли, перекрытые сверху жердями и кусками железа. Другие рухнули, и на их руинах выросли хижины и кривули-домики нынешних жителей Города.


А дорога вела все выше и выше, она обогнула стройное, ничуть не тронутое временем здание с высокой красной башней. Здание было обвешано разноцветными флагами. У входа стояли два вкушеца в синих тогах, расшитых серебряными звёздами.


Братья-близнецы поклонились этому зданию, приложив руки к сердцам, воины гладили себя ладонями по щекам. Наверное, решила Алиса, это местный собор.


За собором с площади открылся вид на море.


Вернее, на море и на небо сразу — они были голубыми и сливались на горизонте так незаметно, что не догадаешься, где кончается вода, а где начинается воздух.


С этой площадки открывался другой мир, он был шире, душистей и даже теплее. И теплота в нём была наполнена упругим ветром, который мог разгуляться, набрать силу и впитать в себя просторы моря, пышность облаков и запах соли…


Море было пустым. Только у берега, куда сбегали кривые, узкие улочки, чернели полоски рыбачьих лодок, а далеко, у самого горизонта, виднелся одинокий белый парус.


Занудные, скучные и пыльные запахи города сразу исчезли…


Единороги замерли, глядя вперёд, — возможно, они никогда ещё не видели моря и не знали, какие бывают в мире просторы.


Один из единорогов легонько ударил золотым копытом по камню, и из камня вырвался столб искр. Братья тоже не двигались и тоже молча глядели вперёд; они были лесными жителями, а в лесу горизонт всегда закрыт деревьями, мир ограждён зелёными стенами.


Сзади слышалось дыхание воинов. Но никто не сказал ни слова.


И неизвестно, сколько бы длилась эта сцена, если бы не пронзительный голос Вери-Мери:


— Поклоны, поклоны, мы не можем задерживаться!


— Проклятие! — Левый Крот ударил единственным сапогом в бок единорога, тот недовольно дёрнул головой, но подчинился и медленно начал спускаться вниз.


Они долго ехали по улицам, кривым и вблизи совсем не таким приятным и весёлым, какими казались с верхней площади. Они были пыльными и грязными, там стояла вонь от жаровень, бродили облезлые псы, из-за покосившихся заборов вылезали цепкие колючки кустов, в пыли возились грязные детишки. Море часто пропадало из виду, но присутствие его все равно ощущалось — сейчас откроется за поворотом, сейчас блеснёт между кустов.


Минут через десять они выехали на большой плац, окружённый некогда роскошными, а теперь запущенными и полуразрушенными строениями. На фронтоне одного из них, над колоннами — пять на месте, шестая рухнула и валяется, рассыпавшись на каменные бочонки, — выбиты слова: «Музей искусств». Перед музеем — деревянные ящики, затянутые с одной стороны решётками. В ящиках скорчились голые люди. К столбу, врытому в землю перед входом в музей, был привязан человек, два других полосовали его бичами и после каждого удара на спине несчастного вздувалась красная полоса.


— Что там? — спросила Алиса.


— Тюрьма, — ответил Левый Крот равнодушно.


— Тюрьма? А раньше что было?


— Здесь всегда была тюрьма, — откликнулся Вери-Мери, что семенил рядом с единорогом, стараясь не отстать. — Там даже написано: «Тюрьма». — И он показал потной ручкой на надпись: «Музей искусств».


— Кто вам сказал? — спросила Алиса.


— Все знают, — ответил Вери-Мери.


Рыцари свернули к другому, самому большому на той площади дому. И не надо было быть мудрецом, чтобы догадаться, что там когда-то был театр: над широким входом, к которому вела пологая лестница, виднелись полустёртые изображения поющих и танцующих фигур.


Сейчас сбоку от лестницы к невысоким столбикам был прибит длинный брус — коновязь, стояли привязанные к нему лошади, одни под попонами, другие с разукрашенными сёдлами, рядом лежали носилки. Вокруг толпились слуги и воины.


Кроты спрыгнули с единорогов, появление которых вызвало оживление среди челяди и охраны.


Воины Кротов отвязали и положили на землю статую «Читательницы». Вери-Мери осмотрел Алису и остался недоволен.


— Она одета не так, — сказал он.


— Так раздень её, — отмахнулся Левый Крот.


Кроты волновались, они боялись того, что ждёт их, но скрывали страх за грубостью. Кричали на воинов, топали, говорили громко.


Вери-Мери рванул Алису за рукав серенького платьица, что дала ей Речка, которое она надела поверх комбинезона.


— Это сними! — приказал он.


Алиса не выносила, когда её хватают даже за рукав. Разумеется, старших бить нельзя… Но тут она не выдержала, схватила пигмея за руку, вывернула её назад и сделала ему подсечку. Пигмей взлетел в воздух и шлёпнулся задом о каменную мостовую.


Как он взвыл! Рыцари схватились за мечи, слуги и воины, окружившие их, захохотали. Никто не любил Вери-Мери.


— Убью! — завопил пигмей, поднимаясь и потирая ушибленный копчик.


— Только попробуй! — ответила Алиса.


— Хватит шуметь, — сказал Левый Крот. — Пускай остаётся как есть. Ещё не хватало нам устраивать драки перед дворцом Повелителя.


По лестнице к ним уже спешил какой-то поклон, на лице которого были нарисованы жёлтые и зелёные круги, в ушах висели тяжёлые медные серьги, длинная розовая тога развевалась, как облако.


— Что за шум?! — закричал поклон. — Вы забыли, где находитесь?


— Мой слуга нечаянно упал, — сказал Левый Крот. — Это больше не повторится.


Правый Крот промолчал, но Алиса увидела, как побелели его пальцы, которыми он схватился за рукоять меча.


— Так чего же вы здесь прохлаждаетесь? — сердился вельможа. — Все уже собрались. Как докладывать?


За его спиной стояли два стражника с обнажёнными мечами.


— Доложи: Великие и Кровожадные Кроты, бароны леса, — сказал Правый Крот, — прибыли просить защиты, милости Повелителя и принесли с собой дары.


— Кроты? Вам запрещено входить во дворец, — сказал вельможа. — Вы нарушили мир в столице и, предательски напав из-за угла, убили знаменитого и величественного поклона Червяка Самоготолстого.


— Клевета! — воскликнул Левый Крот. — Чьё слово против нашего?


— Слово его воинов.


— Слово воинов — грязь и ничтожество перед словом поклонов, — сказал Правый Крот и решительно пошёл к лестнице.


— Стойте, ждите! — Вельможа отступал перед рыцарями, которые решительно шагали вверх по ступеням.


— А вы за нами! — обернулся Левый Крот к воинам и Алисе. — Девчонка, статуя — все здесь?


Вельможа повернулся и кинулся внутрь театра.


Стражники, хоть и держали мечи перед собой, медленно отступали, не смея напасть на знаменитых разбойников.


Так они и прошли через холл театра, где сохранились окошки, над которыми было написано «касса», мимо холла с остатками гардероба.


Тут их ждал следующий заслон.


Это были воины громадного роста в кольчугах и стальных шлемах. На плече каждого, вцепившись когтями в кожаную подушечку и уставившись жёлтыми злыми глазами на пришельцев, сидел орёл. В руках они держали раздвоенные на концах короткие мечи.


Между воинами стоял длинноносый старик с острой седой бородой, на голове которого возвышалось чучело попугая.


— Остановитесь! — произнёс старик. — Вы нарушаете тишину дворца. Нам не нужны разбойники в нашем великом и культурном государстве.


— Мы требуем, — сказал Левый Крот, — чтобы нас провели пред сверкающие очи Радикулита Грозного, нашего господина и покровителя.


— Вы нарушили закон!


— Закон? — сказал Левый Крот. — Закон устанавливают благородные поклоны. Пусть судит нас сам Повелитель.


— Тогда отдайте оружие, — сказал старик, — и вас выслушают.


Братья переглянулись. Они колебались. Но спереди стояли стражи в кольчугах, с орлами на плечах.


— Разрешите нам взять с собой подарки Повелителю? — спросил Левый Крот.


— Подарки всегда разрешается брать, — согласился старик.


Мечи братьев звякнули о пол. Их воины, что несли Белую Даму, тоже положили на пол оружие.


Старик подошёл к дверям, над которыми была надпись: «Партер», распахнул их и воскликнул:


— Рыцари лесного замка, кровожадные зубастые Кроты приползли на брюхе просить милости и прощения Повелителя Радикулита Грозного.


Голос его гулко разносился по зрительному залу.


В ответ послышался гул многочисленных голосов. Затем голоса стихли и послышался низкий хриплый голос:


— Пусть войдут.


Они вошли в зрительный зал.


Давно в нём не играли спектаклей. Давно уже упали, сгнили портьеры, слезла бархатная обивка с кресел, да и кресел почти не осталось. Лишь десятка два, кое-как сбитых и починенных, обтянутых мешковиной, стояли полукругом в пустом и гулком зале. В креслах сидели поклоны.


На сцене стоял великолепный трон, освещённый множеством факелов и свечей. Трон был белый, с высокой спинкой, белыми подлокотниками, с двигающейся полочкой под рукой, чтобы можно было положить на неё что захочешь… И тут только Алиса сообразила: это же старинное зубоврачебное кресло!


В кресле сидел пожилой мужчина с перебитым носом. Его редкие пегие волосы были собраны в пучок на макушке. Пучок был охвачен узкой золотой полоской с зубцами — короной. Одет мужчина был просто — в кольчугу на голое тело. Лишь на пальцах сверкали перстни. На переносице Повелителя были очки с одним стеклом. Он снял очки, протёр стекло, глядя на вошедших, которые растворились в полутьме громадного зрительного зала, снова надел их.


Алиса обратила внимание на то, что на сцене стоит ещё и большой шкаф. Где же она его видела? Конечно же, он стоял на плоту, который плыл по реке! И в шкафу ехал знаменитый и великий Столп невежества, Покровитель беспамятства, Главный вкушец Клоп Небесный.


Пока Повелитель манипулировал с очками, дверцы шкафа раскрылись и оттуда выглянул Клоп в синей хламиде, расшитой серебряными звёздами.


— Позор! — воскликнул он. Сделал шаг назад, и двери шкафа закрылись вновь.


— Позор! — закричали поклоны, что собрались в зале. Они подпрыгивали в креслах, размахивали кулаками, строили рожи, но, правда, ни один не поднялся с места и не посмел подойти к Кротам, что стояли у дверей зала плечом к плечу, набычившись, нахохлившись, готовые сражаться до конца.


— Не надо, — сказал тихо Радикулит Грозный, — зачем же так! Мы все здесь друзья, мы все настоящие поклоны. Если мы будем ссориться, кто же будет нас бояться, дети мои?


— Они убили Червяка Самоготолстого!


— Знаю и скорблю, — сказал Повелитель, почёсывая пучок волос, что торчал над короной. — Тем более что Червяк Самыйтолстый был моим возлюбленным родственником. И потому я строго накажу наших неразумных детей — баронов леса, кровожадных Кротов. Мы решим этот вопрос сейчас же. Подойдите ближе к моему трону, гадкие дети!


Кроты одновременно поклонились и поспешили к сцене.


— Стойте! — приказал им старик с попугаем на голове, когда они подошли близко. И как бы в ответ на его слова из оркестровой ямы поднялся лес копий и верхушки шлемов, — оказывается, там затаились воины охраны.


Братья замерли.


Алиса, которая осталась стоять у входа, рядом с двумя воинами, разглядывала зал.


Вместо задника на сцене висели флаги, на каждом был нарисован белый слон. Алиса уже достаточно знала про этот мир, чтобы догадаться, что слон и называется здесь Радикулитом.


По сторонам сцены, незаметные, пока глаза не привыкли к полумраку, стояли две кучки людей. Справа — вкушецы, этих Алиса уже научилась узнавать, слева — мужчины, большей частью пожилые, бородатые, длинные одежды которых были изукрашены геометрическими знаками, словами, буквами, цифрами и непонятными значками. На головах этих людей были высокие чёрные цилиндры.


За троном возвышались два гигантского роста телохранителя, на головах которых были странные, чем-то знакомые шлемы — круглые, с кольцом сбоку. В кольца были вставлены пучки перьев. Что же напоминали эти шлемы? И тут Алиса не выдержала и громко засмеялась. Она поняла, что на головах главных телохранителей ночные горшки. С ручками.


— Кто смеётся? — спросил Радикулит.


Тут же из темноты к Алисе кинулись две человека в тёмных одеждах и шапках, к которым были пришиты громадные уши.


Они схватили её и поволокли к сцене.


— Ну, скорее, что там? — спросил Радикулит.


— Твои наушники-подслушники, великий господин, докладывают! — крикнул один из них. — Это девчонка.


— Зачем здесь девчонка?


— Разрешите сообщить, ваша милость, — сказал Правый Крот. — Разрешите сказать.


— Говорите, мои милые, — ласково произнёс Повелитель. — Говорите, мои мальчики. Всю правду говорите. Ничего не таите.


Люди с пришитыми ушами держали Алису за локти. Не больно, но крепко.


— А зачем вам запасные уши? — тихо спросила Алиса.


Они не ответили, но Повелитель, у которого был изумительный слух, что, как известно, помогло ему пережить сорок четыре заговора и три восстания, ответил за них:


— Это мои наушники-подслушники, слухачи и доносчики. Моя опора и надежда. — Тут же Радикулит поглядел на Кротов. — Говорите, мои кровожадные, — сказал он. — Говорите.


Левый Крот сделал шаг вперёд, поклонился и сказал:


— Как было велено, мы сели на корабли и приплыли в столицу по зову нашего Повелителя.


— Хорошо, люблю послушных мальчиков. Говорите, говорите.


— Мы взяли с собой драгоценные и редкие дары, чтобы обрадовать глаза нашего Повелителя.


— Говори, говори.


— В пути, остановившись на ночлег на Длинном острове, мы встретили уважаемого поклона Червяка Самоготолстого. Мы не имели к нему вражды и мирно провели ночь.


— Проверить! — приказал Радикулит, обернувшись к вкушецам.


— Проверено, — ответил один из них. — Это правда.


— Но уважаемый поклон Червяк Самыйтолстый возжелал получить вот эту девочку, на которую вы обратили своё благосклонное внимание, Повелитель.


— Почему? Что в ней особенного?


— Эта девочка — акробатка, она умеет делать такие трюки, которых не знают наши акробаты. Мы сами выучили её этим трюкам и хотели привезти её в подарок нашему грозному Повелителю. Разумеется, мы вынуждены были отклонить требование Червяка.


— Любопытно, — сказал Радикулит. — Продолжай, мой мальчик!


— А когда мы спустились на берег в столице. Червяк устроил засаду, чтобы отнять у нас девочку. Мы не нападали на него, но защищались. И в бою подлый Червяк был убит.


Повелитель обернулся к вкушецам. Один из них вышел вперёд и наклонил голову. Но сказать ничего не успел, потому что с одного из кресел, что стояли полукругом у сцены, вскочил очень высокий и страшно худой поклон и закричал:


— Я, Червяк Самыйдлинный, требую казни этих ничтожных самозванцев и жалких лесных бродяг за смерть моего возлюбленного брата. Если Червяк из нашего рода требует рабыню, вы должны с благодарностью отдать ему рабыню. Смерть преступникам!


— Я выслушал тебя, мой уважаемый Червяк Самыйдлинный, — сказал ласково Радикулит. — Я полностью разделяю твоё негодование. Я рассмотрю твою просьбу.


Дверь шкафа раскрылась, оттуда выглянул Клоп Небесный и сказал:


— Я разделяю точку зрения Червяка Самогодлинного. Никто не смеет поднять руку на представителя знатного рода.


— Никто! — закричали, перебивая и подогревая друг друга, остальные вельможи, что сидели в креслах.


Тут Левый Крот не выдержал. Он закричал, обращаясь к орущим вельможам:


— У меня нет меча, и я не могу осквернить вашей подлой кровью этот священный дворец. Но когда мы выйдем, я вызываю на честный бой до смерти любого из вас!


Эти слова вызвали новую вспышку негодования.


— Как он смеет! — кричали толстые и тонкие, низенькие и величавые вельможи Крины. — Самозванец! Поклон в первом поколении! Твой отец был простым лесным разбойником.


— Пускай, — отвечал им, Левый Крот. — Пускай он был разбойником, но вы от него бегали, как быстроногие трусливые черепахи!


— Ах! — закричали вельможи. — Ах!


Видно, под черепахой имелся в виду какой-то очень позорный для них зверь.


Радикулиту надоели эти крики, он поморщился и поднял руку, давая знак всем замолчать. Никто не замолчал, словно забыли, где находятся.


Тогда раздался удар гонга, такой низкий и гулкий, что его звук поглотил остальные звуки в зале.


Вельможи опомнились.


Червяк Самыйдлинный сказал:
1   ...   8   9   10   11   12   13   14   15   ...   20




Похожие:

Кир Булычев Город без памяти iconКир булычев, Александр володин, Георгий данелия а слезы капали
Сероглазый, Горбун и Юный. Они держат большое зеркало в громоздкой золоченой раме

Кир Булычев Город без памяти iconЛитература для детей младшего школьного возраста Сказки. Приключения. Фантастика
Булычев Кир «Драконозавр», «Принцы в башне», «Чулан синей бороды», «Приключения Алисы»

Кир Булычев Город без памяти iconЛитература для учащихся младшего школьного возраста Сказки. Приключения. Фантастика. Александрова Г. В
Булычев Кир «Драконозавр», «Принцы в башне», «Чулан синей бороды», «Приключения Алисы»

Кир Булычев Город без памяти iconКир Булычев. Каждому есть что вспомнить
Почти все человеческие трагедии начинаются исподволь, с незаметного пустяка. Именно незаметность первого толчка и делает трагедии...

Кир Булычев Город без памяти iconЛитература для учащихся младшего школьного возраста Сказки. Приключения. Фантастика. Александрова Г. В. «Приключения домовенка Кузьки»
Булычев Кир «Драконозавр», «Принцы в башне», «Чулан синей бороды», «Приключения Алисы»

Кир Булычев Город без памяти iconДокументы
1. /кузнецов/Киржеманы-Устав/~$вая редакция статей.doc
2. /кузнецов/Киржеманы-Устав/Новая...

Кир Булычев Город без памяти iconПоложение о проведении муниципального фотоконкурса «Город без жестокости к детям»
Муниципальный фотоконкурс «Город без жестокости к детям» проводится согласно плану мероприятий Уссурийского городского округа на...

Кир Булычев Город без памяти iconВопросы для обсуждения: Значение памяти в учебной дея-сти
Без памяти человек не может ничего изобрести, не может скомбинировать и двух идей

Кир Булычев Город без памяти iconОбщая характеристика памяти. 3 Классификация видов памяти 5
В настоя­щее время невозможно осуществление многих видов деятельности на про­изводстве, в науке, медицине, искусстве, образовании...

Кир Булычев Город без памяти iconГород без сирот
В рамках мероприятия 150 городов и 57 регионов России борются за право называться городом, где ни один ребенок не обделен вниманием....

Разместите кнопку на своём сайте:
Документы


База данных защищена авторским правом ©znanie.podelise.ru 2000-2013
При копировании материала обязательно указание активной ссылки открытой для индексации.
обратиться к администрации
Документы